УКР
УКР

Video: Почему нет смысла бояться будущего?

Люди привыкли к тому, что новости заставляют нервничать. Но политический обозреватель Павел Казарин считает, что ХХІ век куда спокойнее своих предшественников.

Толпа стоит перед телевизором, плохие новости фото

СМИ убеждают, что мир стоит на пороге глобальных перемен. С этим никто не спорит. Одно уточнение – мы находимся в такой ситуации последние двести лет.

Мы живем в эпоху истерик. Информационное пространство выстроено так, что складывается ощущение приближающегося «конца времён». Даже в застольных разговорах мы продолжаем обсуждать глобальные кризисы. И по привычке боимся будущего.

Давайте начистоту: катастрофы и «чернуха» – неотъемлемая часть информационной картинки, которая ещё и хорошо продается. Реальность такова, что новые технологии за последнее десятилетие облегчили доступ информации к потребителю. А сам же потребитель практически не адаптировался к новой реальности. Прозвучит как крамола, но в ХХІ веке катастроф и войн не стало больше, чем в том же ХХ веке. Больше стало «прямого эфира». И именно этому обстоятельству мы обязаны нашими коллективными страхами.

Войн не стало больше, не выросли показатели несправедливости, не скакнула вверх шкала человеческой жестокости. Просто ту самую замочную скважину, из которой к нам просачивалась информация о несправедливости мира, технологическая революция внезапно превратила в открытую настежь дверь. И мы ошеломленно стоим на пороге, обдуваемые информационным ветром.

Любые разговоры о неизбежности новой глобальной войны хорошо сверять с рассказами бабушек. Моя, например, жила на Дальнем Востоке и под кроватью держала «тревожно-эвакуационный» чемодан на случай военного конфликта с Китаем. Мысли про ядерный удар были неотъемлемым спутником ее ежедневного быта.

Мир никогда не был стабилен. Есть некий горделивый снобизм во всех заявлениях о том, что мы сегодня стоим на рубеже глобальных потрясений. Хотя бы потому, что мы наблюдаем эти потрясения на протяжении последних двух столетий.

Наполеоновские войны перелицовывали политическую карту Европы. Восстание декабристов сломало привычные взаимоотношения внутри дворянской элиты. Крымская война по географии боевых действий была мировой войной. Отмена крепостного права перевернула с ног на голову весь гражданский быт тогдашней Российской империи. Потом были бомбисты. Боевые действия на Балканах. Война с Японией. Первая мировая, две революции. Гражданская война, голод, репрессии. Вторая мировая, железный занавес, Карибский кризис…

Это лишь весьма приблизительный и наскоро составленный список. Но на его фоне как-то неловко гордиться нынешними потрясениями.

Да, мир меняется. Силовой передел границ, новый технологический уклад, глобальные кризисы – всё это рискует перекроить привычный миропорядок. Но в мы живем внутри перемен. Как минимум последние два столетия.

У нас уже не будет передышек и перерывов. Реальность вокруг нас будет меняться каждые 5-10 лет. Конкурентоспособность человека будет определяться его способностью адаптироваться к изменениям.

Бессмысленно ждать перемен. Надо учиться в них жить.

Смотрите также: Казарин о том, почему нельзя сравнивать нашу страну с Финляндией

Почему нет смысла бояться будущего?

0 Коментувати

Люди привыкли к тому, что новости заставляют нервничать. Но политический обозреватель Павел Казарин считает, что ХХІ век куда спокойнее своих предшественников.

Толпа стоит перед телевизором, плохие новости фото

СМИ убеждают, что мир стоит на пороге глобальных перемен. С этим никто не спорит. Одно уточнение – мы находимся в такой ситуации последние двести лет.

Мы живем в эпоху истерик. Информационное пространство выстроено так, что складывается ощущение приближающегося «конца времён». Даже в застольных разговорах мы продолжаем обсуждать глобальные кризисы. И по привычке боимся будущего.

Давайте начистоту: катастрофы и «чернуха» – неотъемлемая часть информационной картинки, которая ещё и хорошо продается. Реальность такова, что новые технологии за последнее десятилетие облегчили доступ информации к потребителю. А сам же потребитель практически не адаптировался к новой реальности. Прозвучит как крамола, но в ХХІ веке катастроф и войн не стало больше, чем в том же ХХ веке. Больше стало «прямого эфира». И именно этому обстоятельству мы обязаны нашими коллективными страхами.

Войн не стало больше, не выросли показатели несправедливости, не скакнула вверх шкала человеческой жестокости. Просто ту самую замочную скважину, из которой к нам просачивалась информация о несправедливости мира, технологическая революция внезапно превратила в открытую настежь дверь. И мы ошеломленно стоим на пороге, обдуваемые информационным ветром.

Любые разговоры о неизбежности новой глобальной войны хорошо сверять с рассказами бабушек. Моя, например, жила на Дальнем Востоке и под кроватью держала «тревожно-эвакуационный» чемодан на случай военного конфликта с Китаем. Мысли про ядерный удар были неотъемлемым спутником ее ежедневного быта.

Мир никогда не был стабилен. Есть некий горделивый снобизм во всех заявлениях о том, что мы сегодня стоим на рубеже глобальных потрясений. Хотя бы потому, что мы наблюдаем эти потрясения на протяжении последних двух столетий.

Наполеоновские войны перелицовывали политическую карту Европы. Восстание декабристов сломало привычные взаимоотношения внутри дворянской элиты. Крымская война по географии боевых действий была мировой войной. Отмена крепостного права перевернула с ног на голову весь гражданский быт тогдашней Российской империи. Потом были бомбисты. Боевые действия на Балканах. Война с Японией. Первая мировая, две революции. Гражданская война, голод, репрессии. Вторая мировая, железный занавес, Карибский кризис…

Это лишь весьма приблизительный и наскоро составленный список. Но на его фоне как-то неловко гордиться нынешними потрясениями.

Да, мир меняется. Силовой передел границ, новый технологический уклад, глобальные кризисы – всё это рискует перекроить привычный миропорядок. Но в мы живем внутри перемен. Как минимум последние два столетия.

У нас уже не будет передышек и перерывов. Реальность вокруг нас будет меняться каждые 5-10 лет. Конкурентоспособность человека будет определяться его способностью адаптироваться к изменениям.

Бессмысленно ждать перемен. Надо учиться в них жить.

Смотрите также: Казарин о том, почему нельзя сравнивать нашу страну с Финляндией

Якщо ви знайшли помилку, будь ласка, виділіть фрагмент тексту та натисніть Ctrl+Enter.

27.11.2018 19:00
Завантаження...

Ведучі каналу

    Поки що немає матеріалів ...

Дивіться на ICTV


Зареєструйтесь

Увійти, використавши ваші дані

Забули пароль?

Відновлення паролю

Увійти через соц. мережу

ВГОРУ
Вгору

    Повідомити про помилку

    Текст, який буде надіслано нашим редакторам: