Последние четыре года любая перспектива прямых переговоров Кремля с Западом пугает украинского обывателя. В них ему чудится сговор, компромисс и «слив» Украины. Но в том и штука, что эти страхи бессмысленны.
Москва и правда бы хотела договориться с Вашингтоном и Брюсселем. Это желание даже может быть взаимным. Но компромисс между Россией и западом попросту невозможен. Вся проблема – в разных картинках реальности.
В России считают, что Москва не проигрывала «холодную войну». По их мнению, разделение Союза произошло из-за того, что Россия в одностороннем порядке решила снять висевшую над миром угрозу ядерной войны. А потому, в их мироощущении, Россия не проигрывала противостояние – она добровольно согласилась пойти на компромисс и была предана.
Предана тем, что ей не досталось места в «мировом президиуме». Тем, что ее право на собственную постсоветскую «зону влияния» подвергалось сомнению. Тем, что ее держали в дипломатическом предбаннике, не пуская за общий стол с ключевыми игроками.
А для запада подобный подход выглядит нелепо. Просто потому, что у него совершенно иная картинка того, что случилось в 1991 году.
Европа и США воспринимают крах Советского Союза именно как поражение Москвы в холодной войне. Как итог схватки двух моделей, одна из которых сошла с дистанции, не выдержав конкуренции. Как крах самого права Кремля на то, чтобы считаться альтернативой и ровней.
И эта разница взглядов рождает непреодолимое противоречие.
Павел Казарин
Больше смотрите в видео
Также смотрите: Рождение государства очень похоже на рождение ребенка, – Казарин